• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Петербургский международный экономический форум 2017

Юрий Кофнер, аспирант 1-го года очной формы обучения, кафедры торговой политики института торговой политики принял участие в работе Петербургского международного экономического форума.

C 1 по 3 июня 2017 г. состоялся очередной Петербургский международный экономический форум (ПМЭФ-2017). Темы секций и географическая структура представителей иностранного бизнеса, в основном французского и индусского, свидетельствовали о том, что концепция общего пространства от Лиссабона до Владивостока, а также проект Большого евразийского партнерства (БЕП) стали главными темами форума, наряду с повесткой цифровизации евразийской экономики. В работе «российского Давоса» принял участие аспирант Аспирантской школы по экономике НИУ ВШЭ , директор Центра евразийских исследований (ЦЕИ) Юрий Кофнер.

На многих высоких панельных секциях форума выступил Сергей Караганов, декан факультета мировой экономики и мировой политики НИУ ВШЭ.

Большая Европа

Проект, еще не так давно объявленный в российском экспертном сообществе умершим, является далеко не мертвым. По крайней мере, судья по большому вниманию, уделенному европейским бизнесом на ПМЭФ к концепции «общего экономического пространства ЕС — ЕАЭС». Ей были посвящены секции «Европа на перепутье: риски и перспективы» (2 июня); «Европейская и евразийская интеграция» (1 июня), а также, в «нулевой день» форума, отдельная международная «Конференция по развитию сотрудничества на территории от Лиссабона до Владивостока» (31 мая) с участием ведущих корпораций и деловых ассоциаций Германии, Франции и Италии.
Суть всех обсуждений по данному вопросу заключается в следующем: 1. Европейский бизнес крайне заинтересован в создании общего пространства между ЕС и ЕАЭС. 2. Проблема заключается именно в политической неготовности Брюсселя под влиянием США признать Евразийский союз как субъект международного права, что огорчает европейских предпринимателей. 3. Переговоры необходимо вести не между ЕС и Россией, а между Брюсселем и Евразийской экономической комиссией. 4. В геоэкономическом смысле, общее экономическое пространство необходимо обеим сторонами прежде всего как союз европейского капитала и технологий с евразийскими ресурсами и человеческим капиталом. Только такой альянс может в 21-м веке быть конкурентоспособным полюсом в новой глобальной архитектуре с быстро развивающимся Востоком. 5. Несмотря на возможные компромиссы, интересы модернизации, индустриализации и интеграции экономик государств-членов ЕАЭС должны стать во главе любой повестки международного сотрудничества. 6. Общее пространство от Лиссабона до Владивостока необходимо рассматривать не как альтернативу, а как часть более широкой концепции Большого евразийского партнерства.
«Когда мы придем к восстановлению диалогов – лет через пять – то ситуация будет кардинально другой. Россия будет иметь 40% торговли с Азией (не обязательно с Китаем), 40-42% с Европой, и это будет новая реальность», заявил Сергей Караганов, декан факультета мировой экономики и мировой политики НИУ ВШЭ выступая на секции «Европейская и евразийская интеграция» (1 июня).


Большая Евразия

Поэтому необходимо думать об большем евразийском пространстве не только в горизонтальном измерении, но и в меридиональном: от Санкт-Петербурга до Сингапура. Зона свободной торговли между ЕАЭС и Вьетнамом уже действует с октября 2015 года. А 3 июня 2017 года на полях ПМЭФ было официально объявлено о начале переговоров по заключению соглашения о ЗСТ между Евразийским экономическим союзом и Республикой Индия. Анализ показал, что взаимная либерализация торгового режима приведет к росту ВВП всех стран ЕАЭС и Индии уже в краткосрочной перспективе. Кроме того, согласно экспертным оценкам, при переходе на режим свободной торговли товарооборот может вырасти до 30-40% от текущего уровня в зависимости от глубины тарифной либерализации, которая будет достигнута по итогам переговоров. Об этом же говорилось сразу на двух секциях: «ЕАЭС — Индия: стратегическое партнерство» (1 июня) и «ШОС и перспективы формирования Большого евразийского партнерства» (1 июня). Главными вопросами второго обсуждения стали расширение Шанхайской организации сотрудничества и определение ее основных целей и задач в 21-м веке. Что южное измерение международной кооперации ЕЭК ограничивается не только евразийским континентом стало видно по итогам секции «ЕАЭС — Латинская Америка: наращивая темпы сотрудничества» (2 июня).

Евразийский экономический союз является еще молодым интеграционным объединением. Петербургский международный экономический форум показал, что он, тем не менее, уже сейчас становится одним из важных полюсов мировой экономики и всё более активно определяет повестку глобальной хозяйственный архитектуры.